№0

Автор: marina_rif, Addie Dee

Бета: Addie Dee

Пейринг: Джаред/Юхан

Рейтинг: NC-17

Жанр: PWP

Дисклеймер: Все права на сериал "Сверхъестественное" принадлежат Эрику Крипке

Краткое содержание: Жанр: Космокиберпорноопера

Предупреждения: см. пейринг и таймлайн.

Примечание: Приквел к фику «Маяк в песках»
Написан для Вонг с восхищением и благодарностью!


Маяк в песках
Приквел: №0
Сиквел: №1
Сиквел: №2. «Маяк»: война в песках


Джаред не любит Утро. Красное, низко висящее над горизонтом солнце вроде и ползет медленно вверх, и пустыня с каждой сменой прогревается все сильнее, но стоит ноге провалиться в песок — и обжигает холодом сквозь ботинок.

Джаред зябнет под ледяным ветром на рабочих дежурствах, да еще батареи едва пашут. А через несколько недель, когда температура повысится до плюс пятнадцати, старейшины велят и вовсе отключить отопление, открыв купол, чтобы ферма прогрелась после Ночи.

Но дело не в батареях и песке. Чем выше солнце, тем больше драк, ссор, тем больше Фарр с компанией цепляется к новичкам, и подсобка постоянно, постоянно занята. И в Дом зачатий без перерыва привозят с разных ферм девушек на Встречи.

Утром все ребята становятся совершенно бешеными. И сам Джаред тоже. Бешеный. Порой по несколько раз за сдвоенные рабочие смены умудряется наведаться в подсобку — благо, Утром любой в отряде такой же вздрюченный, беспокойный, томящийся. Можно подойти к кому угодно и просто кивнуть в сторону спуска на третий уровень. Обычно все соглашаются — торопливо, дергано. Швырнуть наскоро кости, перетерпеть, если выпадут неудачно, и, пока везунчик застегивается, сдрочнуть себе по-быстрому, стравить напряжение — ночное, вязкое, липкое. Чтобы опять через пару часов искать глазами — кто свободен? С кем? И лучше б, конечно, отвлечься от жжения внутри, трахая чей-нибудь удобно подставленный зад.

И вот же блядь! При мысли о «чьем-нибудь» уже которые сутки всплывает в воображении вполне конкретная картинка: тощие ягодицы, мальчишеские выпирающие лопатки, пушистые волосы закрывают шею и вихры торчат во все стороны.

Юхан.

Мелкий, улыбчивый, прилипчивый. Ржет беззлобно на все подколки и крутит бедрами так, что Джаред едва сдерживается, стараясь протянуть удовольствие подольше. Наверное, это нечестно, мальчишка же терпит, пока Джаред там тянет, но... Но вроде и не терпит. Как будто нравится ему, да и забывает вечно кости кидать. Прям так стягивает штаны, отклячивает зад и даже ягодицы разводит, чтобы сподручнее засадить было.

И еще он... ну... как будто подмахивает. И не ждет, пока Джаред там, сзади, закончит пыхтеть, сразу хватается за хрен и наяривает, и стонет — громко, зараза такая! И странно так. И сладко.

Глупость совсем, чудной он. Потому и смеются. А он, дурак, сдачи не дает. Это плохо кончится, Джаред видел таких, кого зачморили. Их вообще без согласия пользуют, когда кому надо, и работают они дольше, и у всех на подхвате, если что тяжелое надо чинить или таскать. Не хочется такого Юхану.

А чего не хочется? Какая разница?

Только вот потому, что он к Джареду сам первый лезет? И имя его на всю ферму стонет. И целует потом мокро, мягко, толкается языком, и у Джареда что-то с головой случается, и хочется его в кольцо рук спрятать и держать так. Ну... просто. Хотя лучше не просто, а трахать. Податливый он какой-то. Но пружинистый, ловкий.

Сладкий, да. Не любит Джаред Утро.

Зато вот сейчас четвертая смена, а четвертые Джареду нравятся. Народу меньше по ферме шатается: прилетевшие с дежурств бригады отправляются дрыхнуть, ребята после своих рабочих смен отдыхают, готовятся к боевым вахтам. Можно поработать спокойно, или...

Или да. Долбаное Утро.

Джаред заканчивает осмотр вертолета Юхана — молодец пацан. Что-что, а машину держит в порядке. Внизу бухнет, растет, ворочается желание, но не только в паху, а словно бы во всем теле зудит. Хочется скользящих, теплых прикосновений шершавых ладоней. К плечам, к животу, спине. Удивительно, откуда такое. Может, с детской фермы еще? Уши стыдно пылают, и Джаред упрямо поджимает губы.

Недостаточно, что ли, сегодняшнего представления? Фарр если на какую тему сядет, если прицепится — мало не покажется. Заколебет. Можно, конечно, и подраться, да кроме Фарра таких юмористов вон, пятьдесят человек мужиков и еще двадцать девчонок.

Хочется, хочется до воя, и Джаред крутит башкой: кого бы позвать? Кудред, что за хранилище отвечает, занят по самое не могу — перетаскивает со стариками контейнеры с водой, которую утром Юхан со скважины привез. Мехрада лучше перед боевым дежурством не трогать, он нервничает, и если выпадет с ним вниз вставать — будет ебать до красных всполохов перед глазами и все равно кончить не сможет. И не хочется вниз, как же не хочется сейчас! Вставить бы по-нормальному, и чтобы надолго. Не спешить, не оглядываться. Забыться в темноте на покачивании этом привычном, дергая на себя теплое тело, впиваясь в бедра пальцами...

Джаред раздраженно сует отвертку в чехол на поясе и решительно идет к жилому коридору. Юхан спит, но вряд ли он будет против. Тонкий, гибкий. Не, ничего. Не откажет. С ним точно будет... хорошо. Ага. С ним можно вообще забыть про Ночь. Как и нет ее совсем.

В каюте Юхана сейчас отсыпаются только трое, их четвертый — Ульв, радийщик, свалил на свою боевую вахту. Пацан, как новичок, дрыхнет на верхнем ярусе, и Джаред, стараясь не разбудить соседей Юхана, неслышно проходит между кроватей и осторожно закрывает мальчишке рот.

Юхан вскидывается и просыпается мгновенно. И таращится на Джареда в темноте огромными перепуганными глазищами.

Джаред не знает, что сказать, и продолжает затыкать рот Юхана ладонью. И вздергивает брови. Не ребенок, сам догадается.

Юхан узнает Джареда и обмякает в постели. И там, под ладонью, улыбается во весь рот.

— Сейчас, да? Пойдем? Хочешь? — вот же трепло. Ну ясно же.

Джаред кивает коротко и отступает в сторону. Юхан спрыгивает с кровати и слышно, как его пятки ударяются об пол.

— У тебя какая смена? — спрашивает Юхан, когда они выходят из каюты и сворачивают к подсобке. Только бы не занято!
— Вторая рабочая, — коротко отвечает Джаред
.
Юхан идет рядом, и вот же блядь! Он босиком, только штаны натянул. Холодно же.

— Видел Милли сегодня в центре. Живот уже во-о-т такой! Родит скоро.
— Ну срок, ага.
— А моя никак, ты представляешь?
— Твоя? — усмехается Джаред. Смешной, надо же. Сколько до двадцати трех у него еще будет этих «его».
— Ну... Ирута. Не получилось. Целую неделю торчали в Доме зачатий, и никак.

А может, и немного. Если у пацана брак в генофонде, не видать ему больше девушек на Встречи.

— Мало торчать, Юхан, — оглянувшись через плечо, наставляет Джаред. — Ебаться нужно. Много. Всю неделю. Постоянно.
— Ну а мы... мы да. Правда! Несколько раз! — Юхан останавливается у двери и хмурится почти обиженно. — Я не бракованный! Ты же не думаешь... Только не ты.

Джаред хватает Юхана за локоть и почти силком заталкивает в кладовку. И клацает защелкой. От всех этих дурных разговоров должно было расхотеться, но почему-то все наоборот, и Джареда ведет от того, как бесшумно Юхан передвигается, потому что — босой, дурак.

— Кидай, — коротко приказывает Джаред, и удивляется сам себе — чего охрип? На ветру, может.

Кости белеют на табурете, и Юхан вдруг смахивает их на пол. И спускает штаны быстро, пока кости со звонким перестуком катятся к стене. А потом он улыбается Джареду через плечо — как-то хитро, гаденыш. Подначивает будто. Дразнит.

Джаред сглатывает и пристраивается сзади, стискивая на узких бедрах пальцы. Нет, нафиг, надо хоть разуться и нормально снять штаны с трусами. Ну надоело, что скомканно все, быстро, торопливо! Быстро и с рукой можно.

Да что ж воздух такой вязкий, не вдохнуть!

Джареда тянет пнуть свой ботинок, чтобы он отлетел в угол, чтобы врезался тяжелой подошвой в стенную панель. Но нет, так не пойдет.

Поставить аккуратно обувь, свернуть брюки, положить сверху. Выпрямиться и увидеть, как Юхан стоит на табуретке, выставив себя, и гладит уже внизу, не стесняясь.

— Х-холодно, Джаред. Давай, а? — просит он чуть жалобно, и Джаред чувствует странную вибрацию в груди.

Он сплевывает в ладонь и наскоро смазывает пацана, удивляясь тому, как Юхан пытается удержать собой его пальцы и часто-часто дышит.

Первый толчок идет тяжело, сухо, и очень мешает звук чужой дрочки. Как будто мелкий не знает, что его очередь потом. Как будто хочет сразу.

Со вторым толчком табурет начинает скрипеть, и неудобно, и от силы ударов Юхана толкает вперед. Как-то не пристроиться, не провалиться совсем, как хочется.

— Джар, а Джар, давай у стены?
— Как это?
— Не знаю. Стоя? Дай попробую.

Юхан пытается сняться с члена, но Джаред рычит, не пускает. Мальчишка опускает ноги, умудряясь оставаться насаженным на Джареда. Табуретка с грохотом падает на бок, когда Джаред отпихивает ее в сторону. Он трахает Юхана прямо так, стоя, без упора, и пихает его к стене толчками. Юхан вскрикивает на каждом шлепке и весь ходит ходуном — то ли от холода, то ли от боли. Больше, наверное, нету вариантов.

Он ерзает на члене и делает вот эту штуку, от которой у Джареда еще в самый первый трах с ним спалило предохранители — встречает собой. Только сейчас он упирается одной рукой в стену, другой ласкает себя уже в открытую, и от необычной позы как-то дополнительно... хорошо. Хорошо. Как же...

Джаред не может больше держаться, он бьется в тесном, так что ягодицы сводит колко и сладко, и Юхану уже некуда деться, он распластывается по стене, а потом откидывается назад весь, падает спиной на грудь и запрокидывает на плечо голову. Скалит белые зубы, кусает изломанный рот и вдруг хнычет, зажмуриваясь крепко:

— Джар-хорошо-хорошо-Джар...
— Тихо, маленький, тихо...
— Не могу...
— Юхан... да заткнись... заткнись!
— Я еле долетел сегодня.
— Пожалуйста! Юхан, ты можешь ебаться молча?
— Не могу... Нет... Мв-х....

Джаред затыкает его рот ртом, и это так странно, в такой позе, и чтобы прямо во время всего... Но помогает, вот же, помогает! Пацан затихает и только облизывает жадно губы, ловит язык, и крутится, и дергается все быстрее, как будто не Джаред его трахает, а он сам... об Джареда. Вот же извращенец! И где его такого вырастили?

Мягкие взмокшие волосы щекочут шею, и тепло, и Джаред приподнимает ногу Юхана, держит его под острой коленкой. Наверное, он ни в кого не вламывался так глубоко. Наверное, мелкому больно, потому что он тихий совсем и все вздрагивает, вздрагивает, а Джареду почти стыдно, как он гнет такое нежное. И тут Юхан выдыхает:

— Помру сейчас, помру совсем...
— Кончить? — уточняет Джаред, ощущая себя вдрызг тупым.
— Нет, ай, нет еще! — вскидывается Юхан и скалит в улыбке зубы.

Хорошо, ох, это очень хорошо, что пока не надо. Джаред не хочет кончать и хочет до трясучки. Но так лучше, пока можно.

С ним легче, чем с Милли, его можно поднять, можно выломать, выгнуть под себя, можно не бояться, что неправильная поза и ничего не получится. Если положить ладонь на его живот — можно услышать кожей себя где-то внутри.

Темно, и ритм, и влажный затылок давит на плечо, и доверчиво подставлена шея с меткой, и пахнет чем-то острым, мальчишеским, так что даже грубые запахи подсобки, где десятки раз на дню кончают потные мужики, уплывают на задний план. Это движение — плавное, бедрами, вперед-назад — оно же совсем не нужное, непрактичное, где его еще применить? Только сейчас, только в него, в гибкого и чудного.

И кто-то постанывает на каждом ударе, и кого-то, возможно, зовут Джаредом, и этот кто-то рассыпается в песок и шепчет в розовое оттопыренное ухо:

— Юхан... Хо-ро-шо.
— Джар! — вскрикивает мальчишка и спускает, обрызгав стену, заляпывая себя, руку Джареда на своем животе, и оргазм бьет в обмякшее, горячее тело настолько сильно и резко, что странно — как Юхана еще не бросает вперед от такого... такого...

Наверное, Джаред льстит себе. Вот и все.

Юхан дрожит и улыбается смущенно, и он босой же, и надо выпинать его спать, у него смена через пару часов, но выходить наружу не хочется.

Только надо. Джареду еще со второй вертушкой разбираться.

— Все, шагай, — бормочет он, отвернувшись к двери и застегивая штаны.
— Ладно, — кивает Юхан за спиной. Джаред не видит, но точно знает — кивает он. И челка падает на глаза.

Перед самой дверью Юхан обвивает тонкими руками шею и целует смято в угол рта. И прыскает сам от того, как неловко вышло.

— Бестревожной смены, Джаред.
— Бестревожной смены.

Юхан выскальзывает за дверь, не оглядываясь, и слышно, как голые пятки стучат по коридору в сторону его каюты.

Джаред поднимается во внутренний двор и оглядывается. Небо еще темное, и пылевая буря на горизонте скрывает едва поднявшееся над стенами солнце. Главное, перетерпеть Утро, а через пару недель потеплеет и станет совсем легко дышать.

В голове звеняще-пусто и спать хочется.


 
© since 2007, Crossroad Blues,
All rights reserved.